Category: напитки

Category was added automatically. Read all entries about "напитки".

(no subject)

Лучше старого кино - только старое вино.
Потому что сквозь вино - всё как старое кино!

(no subject)

Офисная ёлка капает на стол
свет включили, отключили, старый год прошёл.
Пыльных фантиков четыре, вороха бумаг.
Уезжает наш начальник
по снегу в овраг.
Все стаканчики с шампанским
высохли давно.
Из коробочек обеды
утекли на дно.
Веришь — не было нам лучше
чем под тем календарём
офисная ёлка капает на стол
за окном темно и тихо
новый год пошёл
в пыльных фантиках стекляшках
ёлочных крестах
жёлтых стикерах, буклетах
ворохе бумаг
под гудящей лампой на пороге темноты
верь спокойно, так спокойно
будто жил не ты

(no subject)

Оставайся, оставайся, видишь солнце не погасло, растекается как масло, видишь и вино осталось, и на чашечки разлито, видишь пятна на столе, в пятнах солнечных и винных мы сидим как половины, тлеем в хмеле и в огне.

Оставайся, оставайся, будем мы тебя держать. Не дадим закончить вальса, руки смуглые разжать. Будем красным, будем белым на лицо куда-то лить. Оставайся лучше целым, хватит, хватит уходить. Целовать тебя друг другом, все уловки применять, будем мы тебя по кругу пополам передавать. Мы тебя за стол заманим, полный солнца и вина, мы тебя в беседу втянем, чтобы плавилась она.

Солнце, хмель, вино и масло, в винных пятнах круглый стол. Но напрасно, всё напрасно. Ты уходишь. Ты ушёл.

(no subject)

О коль подвержен северу я братцы,
его гипнозу, письмам и танцулькам
в огромных валенках на палубе ДК
ДК вечернего, который над Обводным
нарисован красным кирпичом.

О коль подвержен я всему что тут горит,
густому пиву, шпротам, библиотекам.
Шнуровочке на дамских сапогах.
Следы последние идут, и кто-то красит,
И кто-то красит снег ночной.

(no subject)

Смородина ветки склонила долу.
Много смородины — много набродим вина.
Гляжу на ягоды, заранее пьяна.
Под солнцем мысли чёрные во мне забродили.
Солнце в ягодных пятнах сырого подола.
Легла под куст, сквозь листьев-ладоней плоть
На солнце смотрю. Отсюда кажется милым, родным лицом.
Кажется милостью, и что не надо себя полоть,
и не с кем бороться, и я сама ни при чём,
а есть только чёрное мира вино,
и что все мы одно.

(no subject)

Наш лифт, он лифтом быть не хочет,
А хочет быть подводной лодкой,
Боками тяжкими ворочать
И чтобы на нос дифферент.
Он хочет быть пивною банкой,
Где пиво тёмно-золотое.
Он хочет быть органной башней
Станком и спутником Земли.

Наш лифт, он лифтом быть не может,
Ему бы надобно другое.
Он мнит, что он, быть может, рыцарь,
А может быть, левиафан.
А тот, кто едет в этом лифте,
При мутной лампочке в зерцало
Глядит, расплющенное косо,
И тоже чувствует, что нет.

Он хочет быть самой природой
Самой природе в наказанье,
Он хочет быть самою жизнью,
Он хочет в брюхе жизни жить.
И чтоб вокруг него стучало
И чтоб вокруг него дышало
цвело бы прозеленью, темнотою,
торжественно бы скрежетало
и поднимало вверх и вверх

(no subject)

простите мне простите что к вам я не спешу
последний посетитель под деревом сижу

не пьётся светом тонкое осеннее вино
а льётся чёрной жжёнкою осеннее вино

уходят тропы дальние за границу дня
и ночи опоздание не радует меня

(no subject)

Не пью я водку, не курю табак,
а только семечки грызу,
и это происходит так.

Как это точно происходит,
не замечаю я никак.

Мир ложкой между глаз проходит,
лузгою по воде плывёт.

Шуршит лузга в ветвях и струнах,
серебряная чешуя,

качает головой подсолнух в тёмном небе,
и мир прекраснее раЯ.

(no subject)

Хватит! Больше не виноват.
Больше моей вины
нет. Не хочу гулять на свободе,
помнить своё вино,
которое красной ниткой
стежками и каплями
через меня
прошло.

Листва отхлынь, вода отвянь.
Выйдите тени. Нет
во мне темноты.
Я съел свет.